Оман стал маршрутом выезда из ОАЭ
Военный кризис нарушил работу главного авиаузла региона
К 14 марта 2026 года военный кризис вокруг Ирана уже привел к масштабным сбоям в гражданской авиации на Ближнем Востоке, а ОАЭ, включая Дубай и Абу-Даби, оказались среди стран, где власти и иностранные правительства рекомендовали гражданам выезжать при первой безопасной возможности. Associated Press сообщало о тысячах отмененных рейсов и ограниченной работе аэропортов, а США, Канада, Австралия и Великобритания обновили свои предупреждения для путешественников и сотрудников дипмиссий.
На этом фоне Оман стал не столько «тихой гаванью», сколько важным транзитным коридором для тех, кто пытался покинуть ОАЭ в условиях нестабильного воздушного сообщения. Формулировки о «массовом бегстве» через Hatta, а также часть сообщений о поражении отдельных символических объектов в Дубае требуют осторожности: надежно подтверждены прежде всего сами удары по территории ОАЭ, ущерб в стране, перебои в авиасообщении и переход части пассажиров на наземные маршруты в сторону Омана.
Наземный маршрут через Hatta стал частью схемы эвакуации
Официальные рекомендации Канады прямо указывают, что при безопасной оценке ситуации выезд из ОАЭ возможен через сухопутные переходы в Оман, включая Hatta/Al Wajajah, Khatma Malaha и Khatm Al Shikla. Это важное подтверждение того, что маршрут через Hatta действительно рассматривался как практический вариант выезда на фоне частичных закрытий воздушного пространства и нестабильного расписания рейсов.
Дополнительным подтверждением роли Омана как эвакуационного направления стали действия европейских правительств. Премьер-министр Словении сообщил 3 марта, что четыре автобуса со словенскими гражданами, включая семьи с детьми, выехали из Дубая в сторону аэропорта Маската. Британское правительство 5 марта заявило, что первые чартерные рейсы из Омана уже отправились в Великобританию, а еще тысячи людей смогли вернуться на коммерческих рейсах из ОАЭ.
Маскат принял на себя часть транзитного спроса
Когда обычная маршрутная сетка в Персидском заливе оказалась нарушена, Маскат начал выполнять функцию запасного авиационного выхода. AP сообщало, что на фоне войны и закрытий воздушного пространства часть пассажиров добиралась до Омана, чтобы улететь дальше из Маската, а Oman Air отдельно продвигала перелеты из ОАЭ через Маскат и даже интегрированный автобусный трансфер из Шарджи в аэропорт Маската.
При этом говорить о полной безопасности Омана было бы неверно. Американские власти в марте также повысили уровень предупреждений по Оману и разрешили выезд части неэкстренного персонала, а Австралия рекомендовала пересмотреть необходимость поездок в султанат. Поэтому Оман в этой истории выступает не как зона, полностью изолированная от регионального риска, а как более доступный логистический узел в сравнении с перегруженными аэропортами и ограниченным трафиком в ОАЭ.
Стоимость выезда выросла вместе со спросом
По мере роста спроса на экстренный выезд усилилось и ценовое давление. Financial Times сообщала, что стоимость эвакуации семей из Дубая резко выросла, а частные рейсы могли обходиться в сотни тысяч долларов. Издание также отмечало рост цен на наземные переезды в Маскат и Эр-Рияд, тогда как Muscat International Airport столкнулся с повышенной нагрузкой, а власти были вынуждены отдавать приоритет регулярным и государственным рейсам.
Параллельно авиакомпании начали перекраивать расписание на недели вперед. AP оценивало число отмененных рейсов в регионе сначала примерно в 13 тысяч, а затем более чем в 19 тысяч по мере расширения кризиса. Это означает, что даже при частичном восстановлении полетов путешественники оставались заложниками быстро меняющейся обстановки, где доступность выезда зависела не только от билета, но и от очередного решения авиационных властей по коридорам безопасности.
Туризм в ОАЭ и регионе вошел в фазу резкого спада
Для туристического сектора последствия оказались немедленными. ОАЭ долгое время выступали крупнейшим транзитным и leisure-центром региона, а Дубай — символом предсказуемости и глобальной мобильности. AP прямо писало, что удары по ОАЭ подорвали образ Дубая как безопасной гавани для иностранцев, а Le Monde отмечала ущерб инфраструктуре, тревожность на рынке и попытки властей сохранить репутацию страны как стабильного делового и туристического хаба.
На этом фоне Оман временно выиграл как транзитная площадка, но не как полноценный бенефициар кризиса. Повышенные риски для всего региона, жесткие правительственные advisories и нестабильность маршрутов означают, что ближневосточный туризм в ближайшей перспективе, вероятно, столкнется не с перераспределением потока, а с его общим сокращением.
Как сообщают эксперты International Investment, история с выездом через Оман показывает, насколько быстро даже самые устойчивые туристические и деловые хабы могут перейти из режима глобальной мобильности в режим кризисной логистики. Для инвесторов, авиакомпаний, девелоперов гостиничного сектора и самих путешественников главный вывод сейчас состоит в том, что устойчивость региона будет оцениваться уже не только по уровню сервиса и ценам, но и по способности государств обеспечивать маршруты эвакуации, гибкость визовых режимов и бесперебойную работу транспортной инфраструктуры в условиях геополитического шока.