В австралийском штате Виктория готовятся закрепить на законодательном уровне право сотрудников работать из дома до двух дней в неделю. Новая норма станет частью закона о равных возможностях и вступит в силу 1 сентября 2026 года, что сделает регион первой юрисдикцией Австралии, где удалённая работа будет официально закреплена в законодательстве.
Инициатива отражает продолжающуюся трансформацию рынка труда после пандемии и растущую роль гибких форм занятости в развитых экономиках. Власти штата считают, что новая мера поможет поддержать занятость, повысить баланс между работой и личной жизнью и сделать рынок труда более доступным для семей с детьми.
Закон о праве на удалённую работу в Австралии
Премьер-министр штата Виктория Джасинта Аллан заявила, что новая норма будет закреплена в рамках Equal Opportunity Act. По её словам, право на удалённую работу должно стать частью современной трудовой политики.
Предполагается, что сотрудники смогут официально запрашивать возможность работать из дома два дня в неделю. При этом работодатели должны будут рассматривать такие запросы и иметь обоснование для отказа.
Аллан подчеркнула, что гибкая занятость помогает родителям активнее участвовать в экономике и снижает нагрузку на семьи. По её словам, удалённая работа экономит время и деньги, связанные с ежедневными поездками на работу, и повышает уровень участия населения в рынке труда.
Новые правила для бизнеса и сроки внедрения
Новая норма будет распространяться на большинство работодателей в штате. Однако для малого бизнеса предусмотрен переходный период. Компании, где работает менее 15 сотрудников, смогут внедрить новые правила позже — с 1 июля 2027 года.
Такой подход, по мнению властей, позволит небольшим компаниям подготовиться к изменениям и адаптировать внутренние процессы.
Правительство Виктории считает, что постепенное внедрение позволит минимизировать административную нагрузку и сохранить баланс между интересами работников и работодателей.
Политические и экономические споры вокруг инициативы
Несмотря на поддержку среди части работников, инициатива вызвала критику со стороны бизнес-сообщества. Представители деловых организаций считают, что обязательные требования по удалённой работе могут снизить инвестиционную привлекательность региона.
Глава Business Council of Australia Брэн Блэк заявил, что универсальный государственный мандат не учитывает различия между секторами экономики и типами компаний. По его словам, в условиях слабого роста производительности, инфляционного давления и снижения уровня жизни подобные инициативы не решают ключевые экономические проблемы.
Критики также отмечают, что экономика столицы штата — Мельбурна — всё ещё восстанавливается после длительных ограничений периода пандемии. Город пережил один из самых продолжительных локдаунов в мире, и многие компании до сих пор адаптируются к новым условиям работы.
Удалённая работа как фактор политической кампании
Инициатива также рассматривается в политическом контексте. В ноябре 2026 года в штате пройдут выборы, и партия лейбористов, которую возглавляет Джасинта Аллан, рассчитывает сохранить власть на четвёртый срок.
Тема удалённой работы уже играла заметную роль в австралийской политике. На федеральных выборах прошлого года предложение оппозиционной коалиции либералов и националистов вернуть государственных служащих в офис на полный рабочий день вызвало негативную реакцию избирателей. В итоге политика была снята с предвыборной программы.
Глобальные тренды гибкой занятости
Мировой рынок труда продолжает трансформироваться под влиянием цифровизации и опыта пандемии. Многие компании внедряют гибридные модели занятости, позволяющие сотрудникам сочетать работу в офисе и удалённый формат.
Исследования показывают, что гибкая занятость может повышать удовлетворённость работников и снижать текучесть кадров. В то же время компании пытаются найти баланс между продуктивностью, корпоративной культурой и гибкостью рабочих процессов.
Как сообщают эксперты International Investment, законодательное закрепление гибких форм занятости становится частью глобальной трансформации рынка труда. Всё больше стран и регионов экспериментируют с новыми моделями организации работы, которые должны повышать экономическую активность и адаптировать трудовые рынки к цифровой экономике.
При этом экономическая устойчивость отдельных стран во многом зависит от фундаментальных макроэкономических показателей. В частности, экономика Грузии в январе 2026 года выросла на 7,9% в годовом выражении. Европейский банк реконструкции и развития также повысил прогноз роста экономики Грузии в 2026 году с 5% до 5,5%, что подтверждает устойчивость страны и её инвестиционную привлекательность на фоне глобальных экономических изменений.