Иран начинает экономическую войну

Под угрозой атак банки и финансовые центры Персидского залива

Военное противостояние между Ираном, США и Израилем постепенно превращается в борьбу за экономическое давление. Вместо прямого столкновения с превосходящими военными силами противников Тегеран начал атаковать инфраструктуру, на которой построена современная глобальная экономика — дата-центры, аэропорты, порты, финансовые районы и банки, пишет The Washington Post.

От военных баз к дата-центрам

В ответ на военные действия США и Израиля, начавшиеся 28 февраля, Иран избрал мишени, символизирующие процветание и открытость глобализованного мира. Среди первых объектов возмездия оказались не военные базы, а дата-центры Amazon в Объединенных Арабских Эмиратах и Бахрейне — зримые символы технологических амбиций этих монархий.

География и характер целей расширяются стремительно. Министерство обороны ОАЭ сообщает, что с начала эскалации Иран запустил 1600 беспилотников, 15 крылатых и 294 баллистические ракеты. Под удар попали ключевые элементы инфраструктуры, формирующие каркас глобальной экономики в регионе. Атакам подвергся международный аэропорт Дубая, один из самых загруженных в мире, а также район порта Джебель-Али, крупнейшего контейнерного хаба, где движение грузов временно останавливалось из-за падения обломков сбитых ракет.

Наиболее символичным стал удар по Дубайскому международному финансовому центру (DIFC), где расположены офисы Goldman Sachs и других глобальных банков, а также отель Ritz-Carlton. Ущерб от атаки, по официальным данным, был незначительным, однако сам факт того, что «святая святых» региональных финансов оказалась уязвимой, послал мощный сигнал рынку. 

Эскалация войны с банками

Угрозы и эвакуация

11 марта 2026 года иранские официальные лица объявили о грядущих атаках на банки, связанные с США и Израилем. Жителям стран Персидского залива рекомендовали держаться на расстоянии не менее 1 000 метров от банков. Заявление последовало после атаки на административное здание, принадлежащее Bank Sepah — одному из крупнейших государственных банков Ирана, который связан с вооружёнными силами страны, пишет Reuters.

На следующий день Citibank временно закрыл большинство своих отделений и финансовых центров (ОАЭ). Сотрудников перевели на удаленный режим работы. В Дубае персонал был эвакуирован, включая офисы в Dubai International Financial Centre (DIFC) и районе Oud Metha, при этом весь клиентский сервис продолжал работу через онлайн‑каналы. Другие крупные банки региона также усилили меры безопасности и ограничили присутствие персонала в офисах.

Атаки дронов

13 марта обломки сбитого иранского беспилотника попали в зону финансового центра Дубая, повредив фасад одного из зданий. Утром 14 марта иранские агентства Tasnim и Press TV сообщили об ударах дронов по офисам Citibank в Дубае и Манаме. Press TV опубликовало видеоролик, пояснив, что кадры сняты несколькими днями ранее. Официального подтверждения от Citibank или властей ОАЭ и Бахрейна не последовало.

Новые предупреждения

Вечером 14 марта официальный представитель Корпуса стражей исламской революции (КСИР) бригадный генерал Али Наини подтвердил, что атаки на отделения американских банков были проведены Ираном. Он предупредил, что если противник нанесет новые удары по иранским финансовым учреждениям, то все без исключения отделения американских банков, работающие в регионе, будут рассматриваться как законные цели. 

Citibank объявил, что большинство его филиалов в ОАЭ останутся закрыты в связи с продолжающимися угрозами, только одно отделение (в Mall of the Emirates в Дубае) работает в ограниченном режиме.

Крах «премии за риск»: как меняется восприятие Залива

Для международного бизнеса происходящее означает фундаментальный сдвиг. Ричард Нью, бывший американский дипломат, а ныне эксперт Центра глобальной энергетической политики Колумбийского университета, констатирует: рушится главное негласное преимущество ведения дел в Персидском заливе — отсутствие риска. «Премия за риск для бизнеса в Заливе всегда считалась практически нулевой. Теперь это изменилось», — отмечает он.

Десятилетиями Дубай и другие эмираты выстраивали свою привлекательность на безусловной безопасности, низких налогах и минимальном регулировании, привлекая крупные корпорации и состоятельных экспатов. Мохамед Бахаа, управляющий директор APCO на Ближнем Востоке, живущий в Дубае, описывает этот утраченный рай: «Мы выходим, оставляем двери открытыми, ключи в машине. Вам не нужно беспокоиться о своей собственности». Это ощущение безмятежности уходит в прошлое.

Финансовые рынки, которые на волне оптимизма, связанного с искусственным интеллектом, не придавали значения геополитическим рискам, вынуждены экстренно переоценивать ситуацию. Фабио Наталуччи, глава Института финансов и экономики Андерсена в Вашингтоне, подчеркивает: риски оказались выше, чем кто-либо мог предположить, и теперь инвесторы лихорадочно пытаются понять, как долго продлится эта нестабильность.

Реакция бизнеса: удаленка, бегство капитала и поиск убежищ

Корпоративный сектор уже начал адаптироваться к новой реальности. Такие банки, как Citibank и Standard Chartered, распорядились перевести своих сотрудников в Дубае на удаленный режим работы. Генеральный директор CSOP Asset Management Дин Чен сообщил, что некоторые инвесторы рассматривают возможность перевода активов из Ближневосточного региона в Гонконг.

Массового исхода пока не наблюдается. Реза Бакир, глава суверенной консультационной практики Alvarez & Marsal, живущий в Дубае, признает: ситуация крайне сложна, но он настроен остаться. Он ожидает, что после завершения конфликта власти ОАЭ предложат «очень агрессивный пакет стимулов», чтобы доказать — Дубай снова открыт для бизнеса. Тем не менее, его клиенты уже пересматривают свои финансовые риски и проявляют крайнюю осторожность в новых сделках.

Глобальный контекст: конец эры безграничной глобализации

Атаки Ирана на гражданские объекты вписываются в более широкий тренд, набирающий силу с 2008 года: переосмысление устоев глобализации. Пандемия COVID-19, война в Украине, а теперь и прямой конфликт в центре энергетической артерии мира заставляют корпорации и государства пересматривать приоритеты. Эпоха, когда компании выстраивали сверхдлинные цепочки поставок в погоне за эффективностью, уходит, уступая место стратегиям устойчивости.

Деметриос Марантис, бывший торговый представитель США, отмечаает: сегодня компании должны учитывать риск непредвиденных событий в растущем списке регионов. «Бизнесу действительно нужно обращать внимание на потенциальные точки воспламенения, потому что они уже горят», — подчеркивает он.

Долгосрочные последствия могут быть еще серьезнее. Ричард Нью полагает: после окончания войны государства Залива, разочарованные тем, что США начали кампанию без должных консультаций, попытаются снизить зависимость от Вашингтона. Это может открыть новые возможности для европейских оборонных компаний. Сама идея однополярного мира во главе с США, гарантирующего безопасность торговых путей, подвергается серьезной эрозии.

Заключение

Иран вступает в экономическую войну, будучи в заведомо слабой позиции. Его развитие десятилетиями задыхается под санкциями, а объем несырьевой торговли несопоставим с показателями стран-соседей. Тем не менее, это реальная попытка уравнять шансы и заставить платить более высокую цену за конфронтацию.

Моника Горман, бывший специалист по цепочкам поставок в администрации Байдена, уверена, что Иран, безусловно, нашел способы причинить реальную боль. Пока непонятно, смогут ли финансовые хабы Залива восстановить свою ауру неприкосновенности, или мир вступает в эпоху, где экономические центры становятся законными целями в большой геополитической игре.

Аналитики International Investment отмечают, что происходящее вынуждает инвесторов и бизнесменов пересматривать направления для вложения средств. Среди безопасных стран выделяется Грузия, которую не коснулись геополитические потрясения. В стране успешно развивается экономика, сохраняется спокойная обстановка, работают все финансовые системы, аэропорты, реализуются новые проекты.