ЕС готовит центры возврата мигрантов за рубежом

Группа европейских стран рассчитывает создать первый центр возврата мигрантов за пределами Евросоюза в 2026–2027 годах. Такой прогноз озвучила премьер-министр Дании Метте Фредериксен. Новые правила ЕС позволяют переводить в третьи страны иностранцев, которые незаконно находятся в союзе и получили решение о возвращении. Однако принимающее государство, бюджет и окончательная дата запуска пока не определены.

Дания ожидает запуска первого центра к 2027 году

Метте Фредериксен заявила Financial Times, что «коалиция желающих» при поддержке Еврокомиссии может создать первый центр возврата вне Европы в течение года. Она обозначила период 2026–2027 годов, но не назвала страны, с которыми ведутся переговоры.

Это политический прогноз, а не утверждённый график Евросоюза. Ни одна площадка пока официально не выбрана, соглашение с принимающим государством не опубликовано, а финансирование конкретного объекта не одобрено.

Само понятие return hub, или «центр возврата», относится прежде всего к объекту в третьей стране, куда могут направлять людей, утративших право оставаться в ЕС. Такой центр может быть промежуточным пунктом перед дальнейшей отправкой на родину либо конечным местом размещения, если принимающее государство согласится предоставить человеку законное пребывание.

Новые правила не распространяются на всех мигрантов

Заголовки о «центрах для мигрантов» могут создавать впечатление, что ЕС собирается отправлять за рубеж всех прибывающих или всех просителей убежища. Согласованный регламент касается граждан третьих стран, которые незаконно находятся в ЕС и получили решение о возвращении.

В эту категорию могут входить люди, чьи заявления об убежище окончательно отклонены, иностранцы с истёкшими разрешениями и другие лица, не имеющие законного основания для дальнейшего пребывания.

Несопровождаемых несовершеннолетних переводить в зарубежные центры запрещено. Соглашения разрешается заключать только с государствами, соблюдающими международное право, права человека и принцип невысылки — запрет отправлять человека туда, где ему могут угрожать преследование, пытки или бесчеловечное обращение.

Фредериксен хочет пойти дальше и использовать внешние центры также для некоторых людей, только прибывающих в Европу и подающих заявления об убежище. Она признала, что охват будущей системы ещё не согласован. Действующий проект регламента о возвращении сам по себе не создаёт общей процедуры рассмотрения новых ходатайств об убежище за пределами ЕС.

Европарламент поддержал реформу, но процедура не завершена

Совет ЕС и Европарламент достигли предварительного соглашения 1 июня 2026 года. Европейский парламент утвердил согласованный текст 17 июня: за проголосовали 418 депутатов, против — 218, ещё 30 воздержались.

Регламент ещё должен пройти формальное принятие Советом ЕС после юридико-лингвистической проверки и быть опубликован в Официальном журнале. На 22 июля законодательное досье всё ещё имело статус незавершённой процедуры и ожидало позиции Совета в первом чтении.

Положения о центрах возврата, возрастной оценке несовершеннолетних и внешнем сотрудничестве должны начать применяться сразу после вступления регламента в силу. Для ряда других норм предусмотрен переходный период продолжительностью 12 месяцев.

Поэтому фраза «законодательство уже действует» пока некорректна. Правовую основу политически согласовали и поддержали в Европарламенте, но окончательное вступление в силу ещё не состоялось.

Взаимное признание решений останется добровольным

В предыдущей версии статьи содержалась ошибка: утверждалось, что с июля 2027 года все страны ЕС будут обязаны автоматически признавать и исполнять решения о возвращении, выданные другими государствами.

Такой вариант обсуждался на более ранней стадии, но в окончательном политическом соглашении механизм остался добровольным. Новый европейский приказ о возвращении будет содержать стандартизированную информацию, позволяющую одной стране признать решение другой, однако обязательного исполнения пока не вводится. Еврокомиссия должна оценить работу механизма не позднее чем через три года после вступления регламента в силу и при необходимости предложить его сделать обязательным.

Срок задержания может достигать 30 месяцев

Человек, получивший решение о возвращении, будет обязан сотрудничать с властями, предоставлять документы и не препятствовать процедуре. Задержание разрешается только после индивидуальной оценки, например при риске побега, отказе от сотрудничества или угрозе безопасности.

Основной предельный срок составит 24 месяца. Его можно продлить ещё максимум на шесть месяцев, если изменятся обстоятельства, появятся новые сведения или улучшится сотрудничество с третьей страной. Альтернативами могут стать регулярная регистрация, проживание по определённому адресу, финансовая гарантия или электронный контроль.

Срок заметно превышает установленный действующей директивой максимум в 18 месяцев. Правозащитные организации опасаются, что зарубежные объекты могут превратиться в места продолжительного содержания, особенно если государство происхождения отказывается принимать человека.

Дания имеет особый правовой статус

Дания активно продвигает новую модель, но из-за исключения в сфере юстиции и внутренних дел не участвует в миграционном законодательстве ЕС на тех же условиях, что большинство государств.

Предложение развивает шенгенское законодательство. После окончательного решения Совета Дания должна будет в течение шести месяцев определить, переносить ли соответствующие положения в национальное право.

Таким образом, Копенгаген может участвовать в политическом и практическом создании зарубежного центра, но применение общеевропейского регламента внутри Дании требует отдельного решения.

Инициативу поддержали руководители 19 стран

19 июня руководители 19 государств направили совместное письмо председателям Европейского совета и Еврокомиссии. Документ подписали представители Дании, Италии, Австрии, Бельгии, Болгарии, Кипра, Чехии, Эстонии, Греции, Венгрии, Латвии, Литвы, Мальты, Нидерландов, Польши, Румынии, Словакии, Словении и Швеции.

Авторы призвали как можно быстрее реализовать решения с участием третьих стран, обеспечить финансовую поддержку со стороны Еврокомиссии и привлечь Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев и Международную организацию по миграции.

Подписи не означают, что все 19 государств будут участвовать в одном проекте. Соглашение о центре может заключить отдельная страна или группа стран. Переговоры с потенциальными партнёрами остаются задачей национальных правительств, а не Еврокомиссии.

Пять стран разрабатывают совместную модель

Австрия, Дания, Германия, Греция и Нидерланды работают над возможным созданием центров возврата за пределами ЕС. Нидерланды также обсуждают с Данией, Мальтой и Швецией отдельную концепцию рассмотрения заявлений об убежище за рубежом. Это два разных механизма, которые не следует смешивать.

В экспертных и политических обсуждениях упоминались Руанда, Уганда и Узбекистан, но ни одна из этих стран не утверждена как место первого центра. Нидерланды отказались от ранее обсуждавшегося проекта с Угандой после смены правительства, а соглашение Австрии с Узбекистаном о миграционном сотрудничестве ещё не является договором о полноценном центре возврата.

Комиссар Совета Европы по правам человека сообщил, что пять правительств рассчитывают согласовать конкретный проект до конца 2026 года и перейти к реализации в 2027-м. Это подтверждает наличие практической работы, но не гарантирует соблюдения графика.

Доля исполненных решений составила около 28%

В 2025 году фактическая доля возвращений достигла примерно 28% — максимального значения за десятилетие. При этом более семи из десяти решений о выезде по-прежнему не приводили к зарегистрированному возвращению.

Основными препятствиями остаются невозможность установить гражданство, отказ стран происхождения выдавать документы или принимать своих граждан, исчезновение человека из поля зрения властей и запрет на высылку в опасные условия.

Показатель не является абсолютно точным: одному человеку могут выдать несколько решений, а некоторые добровольные отъезды не попадают в статистику. Поэтому 28% показывает общий масштаб проблемы, но не позволяет напрямую оценить эффективность каждого государства.

Финансирование пока не утверждено

Фредериксен добивается, чтобы Евросоюз участвовал в финансировании зарубежных центров. Группа из 19 стран также призвала Еврокомиссию выделить средства на подобные проекты.

В переговорах о бюджете ЕС на 2028–2034 годы обсуждается возможность финансировать «инновационные решения» в сфере миграции через инструменты внешней политики. Financial Times сообщала, что на всё внешнее направление миграционной политики — куда потенциально могут войти центры возврата — может быть направлено до €20 млрд за семь лет. Это не бюджет конкретных центров и не окончательно утверждённая сумма.

Совет ЕС в июле согласовал лишь частичную переговорную позицию по будущему финансированию миграции, границ и внутренней безопасности. Конкретные финансовые лимиты из неё исключены и будут зависеть от окончательных переговоров по многолетнему бюджету.

Поэтому формулировка «центры будут финансироваться ЕС» пока слишком категорична. Правильнее говорить, что государства добиваются европейского финансирования и что правовую возможность для него обсуждают.

Итальянская модель в Албании остаётся спорным примером

Италия уже создала в Албании объекты для задержания и возвращения мигрантов. Они расположены на албанской территории, но действуют под итальянской юрисдикцией. Эта модель не полностью совпадает с будущими центрами возврата, которые могут работать на основании соглашения с принимающим государством и становиться конечным местом размещения.

В апреле и июне 2026 года генеральные адвокаты Суда ЕС пришли к выводу, что размещение итальянских центров за пределами союза может соответствовать европейскому праву, если людям обеспечены все предусмотренные им гарантии. Это предварительные юридические заключения, а не окончательные решения суда.

Поэтому представлять итало-албанскую модель как уже окончательно признанную законной на уровне ЕС нельзя.

Права человека останутся главным ограничением

Агентство ЕС по основным правам заявило, что центры возврата не должны превращаться в «зоны без прав». Для их работы необходимы исполнимое индивидуальное решение, соблюдение законодательства ЕС, соглашение с принимающей страной, законные условия содержания и независимый контроль.

16 июля комиссар Совета Европы по правам человека Майкл О’Флаэрти направил обращения Австрии, Дании, Германии, Греции и Нидерландам. Он потребовал предусмотреть оценку рисков, эффективное обжалование, независимый надзор и чёткое распределение ответственности за возможные нарушения.

Размещение объекта за пределами Евросоюза само по себе не освобождает европейские власти от ответственности. Если государство организует перевод, финансирует содержание и контролирует процедуру, оно может отвечать за предсказуемые последствия для прав человека.

Открытие в 2027 году остаётся прогнозом

Правовая возможность создания центров уже получила поддержку Европарламента, а несколько правительств начали работу с потенциальными партнёрами. Это делает запуск первого проекта в 2027 году возможным.

Однако по состоянию на 22 июля 2026 года нет официально подтверждённой принимающей страны, опубликованного договора, оператора, вместимости или окончательного бюджета. Законодательная процедура также формально не завершена.

Главным препятствием остаётся не строительство здания, а дальнейшая судьба людей. Если страна происхождения продолжит отказываться принимать своего гражданина, его перемещение в третью страну само по себе не завершит процедуру возвращения.

Вывод

Европейский союз приблизился к созданию центров возврата за пределами своей территории. Европарламент поддержал новый регламент, 19 руководителей государств призвали использовать внешние решения, а пять стран разрабатывают совместную модель.

Речь идёт прежде всего о людях, незаконно находящихся в ЕС и имеющих решение о возвращении, а не обо всех мигрантах или просителях убежища. Дата 2027 года остаётся оценкой датского премьера, европейское финансирование не утверждено, а страна размещения не выбрана.

Как сообщают эксперты International Investment, эффективность схемы будет определяться не количеством открытых мест, а числом законно завершённых возвращений. Без сотрудничества государств происхождения центры рискуют стать дорогими учреждениями длительного содержания. Их устойчивость зависит от прозрачного бюджета, судебного контроля и сохранения ответственности европейских государств за соблюдение прав каждого человека.

FAQ

Что такое центр возврата мигрантов?

Это объект в третьей стране, куда может быть переведён человек, незаконно находящийся в ЕС и получивший решение о возвращении.

Будут ли туда отправлять всех просителей убежища?

Нет. Согласованный регламент касается людей с решениями о возвращении. Возможность рассматривать за рубежом новые заявления об убежище обсуждается отдельно.

Можно ли переводить несовершеннолетних?

Несопровождаемые несовершеннолетние исключены из механизма зарубежных центров.

Когда может открыться первый центр?

Фредериксен ожидает запуск в 2026–2027 годах, но официального графика пока нет.

Где могут разместить центры?

В обсуждениях назывались Руанда, Уганда и Узбекистан, но ни одна страна не утверждена.

Вступил ли регламент в силу?

Нет. Европарламент одобрил текст 17 июня, но требуется формальное принятие Советом и публикация в Официальном журнале.

Будут ли страны автоматически признавать чужие решения о возвращении?

Пока нет. Взаимное признание останется добровольным и будет пересмотрено через три года после вступления регламента в силу.

Как долго человека смогут содержать под стражей?

До 24 месяцев с возможным продлением ещё на шесть месяцев.

Кто оплатит центры?

Страны добиваются финансирования из бюджета ЕС, но отдельный бюджет пока не утверждён.